Борис Литвинов (l_boris) wrote,
Борис Литвинов
l_boris

Categories:

Экскурсия в интересное место - новосибирский Институт археологии и этнографии СО РАН

Оригинал взят у matveev12345 в Крупный рогатый скелет
А я возвращаюсь к серии постов об интересных местах Сибири, где мне посчастливилось делать интервью с интересными же людьми. В Новосибирском Академгородке таких мест масса, и я приглашаю вас в одно из них – Институт археологии и этнографии СО РАН.


Фойе Института буквально уставлено экспонатами, которые новосибирские археологи откопали за годы своей работы. Да, такой экспозиции позавидует любой музей.
SL708636
Вот, к примеру, скелет пазырыкской лошади. Найден он всего 13 лет назад в Горном Алтае, а вот сам жеребец проживал в VI-II веках до нашей эры.
SL708642

Несмотря на то, что это взрослая особь, ее рост в холке – всего около 140 см. Такое вот доисторическое пони.

Найден был скелет, кстати, в кургане. Не только египетские фараоны, но и предки современных алтайцев предпочитали забирать в могилу все свое имущество, включая живность.
А вот первобытный бизон, обнаруженный в поселке Красный Яр всего в 17 км от Новосибирска. Точнее, это кости разных бизонов, собранные палеонтологами в один скелет, подобно конструктору.
SL708639
Его возраст – подумать только! – около 90 тысяч лет. Впрочем, кое-где в Сибири бизонов можно было встретить еще в Средневековье, пока их окончательно не истребили люди.
Наверное, многим новосибирцам известна мамонтиха Матильда, скелет которой – центральный экспонат природного отдела местного краеведческого музея. Мамонт, а точнее, его "старший брат" – трогонтериевый слон Института археологии и этнографии имени не имеет, и слава его ограничивается ученым кругом, но он не менее впечатляет.
SL708638
По своему возрасту этот гигант даст фору даже первобытному бизону – 500-700 тысяч лет! Чтобы вдоволь наестся, за день ему нужно было поглотить три центнера растительного корма.

А вы знали, что когда-то носороги в Сибири были обычным явлением?

Не верите? Вот вам в доказательство скелет шерстистого носорога, найденный на территории Новосибирской области.
SL708643
Когда-то носороги резвились на всей территории Евразии: от Британии до Камчатки, от Китая до Заполярья. На севере Сибири находили не просто скелеты, а целые трупы шерстистых носорогов, не тронутые разложением благодаря вечной мерзлоте. Собственно, так палеонтологи и уверились, что он был шерстистым. Не хотелось бы встретиться с этим агрессивным монстром сегодня – один только его рог, которым он активно орудовал и в мирных, и в боевых целях, достигал почти полутора метров в длину.
Из описаний экспонатов музея (простите, фойе) можно также узнать, что

в тех местах, где мы живем сегодня, когда-то водились еще антилопы, гиены и львы.

К сожалению, их скелетов тут не представлено.
И конечно же, интервью. Массу поразительных фактов мне поведал замдиректора Института Вячеслав Молодин.


Кости дорогие
Мумии, новые ветви развития человечества и массовые захоронения людей в полусидящей позе – для сибирских археологов все это будничность. О том, как древние люди делали операции на мозге, какие туристические маршруты по археологическим памятникам Новосибирской области можно организовать и чем страшны «черные археологи», мне рассказал заместитель директора Института археологии и этнографии СО РАН по научной работе академик Вячеслав Молодин.
6aef2f3df13607a029e962ee0ce3da9901067a27_1200
– Вячеслав Иванович, как по-вашему, насколько наука и конкретно археология сегодня нужна стране и ее населению?

– У меня к вам встречный вопрос: как вы считаете, сколько на японском острове Хоккайдо археологических музеев? Не знаете? Порядка 600. В каждой деревне, в каждой школе. И знаменитое «японское чудо» проистекает из их отношения к своей истории, культуре, духовности.

У нас на всю Россию всего три НИИ археологии, но археологические ячейки есть во многих университетах. Другой вопрос, что жить российским археологам сегодня весьма непросто, ведь раскопки и дальнейшие исследования артефактов – это довольно затратная вещь. Тем не менее, определенные деньги из бюджета, а также гранты нам выделяются. Есть и оценка наших достижений со стороны государства. В частности,

за последние годы специалисты нашего института дважды были отмечены Государственной премией РФ:

в 2005 году ее получили мы с профессором Натальей Полосьмак за исследования пазырыкской культуры (пресловутая «Алтайская принцесса»), а в 2012-м – директор ИАЭт СО РАН академик Анатолий Деревянко за открытие на Алтае новой ветви homo sapiens – так называемого «Денисовского человека».

Об отношении же населения к науке говорят события последнего времени, связанного с проводимыми правительством реформами. Все общество встало на защиту Академии наук. Студенты и даже селяне подписывались под протестом против нового закона о Российской Академии наук.

Для нашего региона археология важна более, чем где-либо еще. Первый человек в Сибири появился около миллиона лет назад. Письменность же в нашем крае широко распространилась лишь с приходом русских – а это, по хорошему говоря, только XVII-XVIII век. Воссоздать бесписьменную историю может только археология.

– Каков сегодняшний уровень российской археологической науки?

– Отечественная археология никогда и ни в чем не уступала западной, не отстает и теперь. О наших исследованиях знает весь мир. А по уровню мультидисциплинарных исследований (в сотрудничестве с представителями других наук) мы и вовсе первые в мире. Особенно это касается Новосибирского Академгородка, ведь здесь рядом с нами физики, химики, биологи, генетики, медики, с которыми мы находимся в постоянном сотрудничестве. Кроме того, наш институт уже более десятка лет на уровне равных партнеров сотрудничает с Германским археологическим институтом, крупнейшим и старейшим в мире.

Вспомним того же «Денисовского человека». Это открытие войдет во все учебники. Оно облетело страницы всех передовых научных журналов мира, в том числе Nature и Science, а

в рейтинге научных открытий года «Денисовский человек» занял второе место в мире, уступив лишь «
бозону Хиггса», обнаруженному в ходе работы Большого адронного коллайдера.

Да что долго ходить: у меня сейчас на руках пять-шесть приглашений на семинары и конференции в различные страны мира, от Японии до Израиля.

– Да, впечатляет. Но почему же население страны и даже Новосибирска мало что знает о великих открытиях ученых Академгородка?

Средствам массовой информации, в особенности телевидению, нужно больше уделять внимания этой тематике. А рассказывать есть о чем, и мы, ученые, стараемся быть максимально открытыми для журналистов.

Сегодняшние СМИ, к сожалению, вбрасывают в общество довольно низкопробную информацию. Мало телепередач, которые бы вели с телезрителем интересный диалог о науке, разъясняя всю важность наших достижений. Но есть и положительные примеры, тот же канал «Культура». Вот и вы пришли ко мне на интервью, стало быть, у вашего читателя есть спрос на материалы о науке.

Кроме того, в общеобразовательных школах необходимо вводить как можно больше уроков краеведения. У нас, например, вошло в традицию, чтобы кто-либо из наших исследователей во время экспедиции проводил уроки в близлежащих сельских школах. Дети слушают, раскрыв рот.

Интересуются и взрослые, расспрашивают, бескорыстно помогают нашим экспедициям, неважно, где проходят раскопки: на Дальнем Востоке или в Дагестане, в Черногории или Вьетнаме.

– Но иногда местное население, напротив, препятствует раскопкам по религиозным причинам. Мы все помним череду скандалов, связанных с одним из главных открытий российской археологии, сделанных экспедицией вашего института. Когда на плато Укок была найдена и увезена в Новосибирск так называемая «Алтайская принцесса», местные жители, убоявшиеся духов предков, поднялись с протестами…

– У меня в кабинете собрана целая папка с газетными публикациями на эту тему. Эта история попортила мне немало нервов. Доходило до того, что нам просто не давали там работать. Все это – современное мифотворчество.

Эта мумия – никакая не принцесса, не прародительница и вообще к алтайскому этносу почти не имеет отношения.

А протесты эти были обусловлены скорее политическими причинами, нежели религиозными.

Так или иначе, сегодня этот биологический объект целиком и полностью исследован и возвращен на алтайскую землю, в музей Горно-Алтайска. На мой взгляд, это было правильное решение. Но мы по договоренности с министром культуры Республики Алтай в любой момент можем приехать в Горно-Алтайск и продолжить исследования.

– На плато Укок после обнаружения там уникального археологического памятника хлынул поток туристов-«дикарей». Быть может, стоит пойти по пути Египта, Греции и Италии и сделать этот туризм более цивилизованным и прибыльным для государства?

– Безусловно, научный туризм – весьма перспективное направление для Сибири. И в 1990-е, когда наука почти совсем не финансировалась, мы вынуждены были зарабатывать в том числе и на этом. Организовывали туристические заезды прямо к нам в экспедицию (причем среди туристов бывали даже швейцарцы), проводили экскурсии, а жили гости рядом с нами, в палатках. Отклики следовали самые восторженные, а для нас, ученых, это был очень интересный опыт.

Возобновить это начинание можно и сегодня, но нужны дополнительные средства и кадры, которые бы занимались доставкой туристов на место экспедиции, проведением экскурсий, раскруткой всего этого и т.д.

В Новосибирской области можно было бы организовать целый туристический маршрут, который включал бы музей под открытым небом при нашем институте, место раскопок в районе Венгерово и ряд других объектов.

Кое-где эти идеи уже воплощены в жизнь: в Новгородской области, в Крыму. Под такие проекты можно легко привлечь и частные инвестиции.

– В последние годы в российских мегаполисах наблюдается строительный бум. Есть у этого явления негативная сторона: порой под бульдозер идут ценнейшие археологические памятники. Как с этим бороться?

– Совсем недавно был принят хороший закон, согласно которому ни одно капитальное строительство в стране не может начаться без предварительной археологической экспертизы участка, выделенного под застройку. Несоблюдение этого закона грозит серьезными санкциями к застройщику, вплоть до шести лет лишения свободы. Теперь нужно добиться его тотального исполнения.

– С какими еще проблемами приходится сталкиваться археологам?

– Настоящий бич – это так называемые «черные археологи». Карта России осыпана местами их преступной деятельности, как оспой, гибнут и уже погублены десятки, а то и сотни бесценных археологических памятников. Их наглость доходит до того, что в прошлом году эти «бугровщики» трижды приезжали ко мне в лагерь с просьбой по фото оценить возраст того или иного артефакта, добытого ими. Рынок антиквариата масштабен, стоимость древней вещи с годами лишь растет, так что поле деятельности для «черных археологов» широко.

Закон, о котором я говорил, касается в том числе и «бугровщиков». Необходимо провести показательный процесс над одним из них, посадить, оштрафовать на 20 млн рублей – и другим будет неповадно. Поэтому, приезжая на раскопки, я первым делом связываюсь с местной полицией.

– Что актуально для вас как для исследователя? Где ведете раскопки?

– Наиболее интересная находка последних лет – это погребальный комплекс эпохи неолита (6 тыс. лет до н.э.), обнаруженный нами в районе поселка Венгерово. Полтора года назад мы нашли здесь первое погребение (причем случайно), в нынешнем году – второе (уже целенаправленно). Уверен, есть и еще. Их важность для палеогенетики и антропологии трудно переоценить.

Представьте себе: коллективная усыпальница, очень большая по площади, где захоронен 21 человек, причем в полусидящей позе.

Также в могиле имелись каменные и костяные орудия, предметы искусства – вещи уровня экспозиции Эрмитажа, а некоторые артефакты и вовсе найдены впервые! К примеру, в последний день работ на этом комплексе мы обнаружили небольшое черное пятно возле могилы, которое поначалу приняли за нору грызуна. Однако при расчистке в этой яме мы обнаружили странный предмет, изготовленный из рога лося. На нем заметны следы шлифовки и закраски, одна его сторона остро заточена, а на другой вырезана голова животного. Вместе с ними в яме оказались две больших кости дикой лошади, расколотые повдоль, – по всей видимости, заготовки для чего-то еще. Что все это такое и для чего использовалось, я вам пока не могу ответить.

Другой памятник Венгеровского района подкинул нам иные загадки. К примеру, нами были найдены ожерелья в отличном состоянии, изготовленные из сердолика и других полудрагоценных камней, которые добывались в те времена только на территории Средней Азии. Стало быть, это импорт, и уже тогда существовали торговые связи между Западной Сибирью и Средней Азией. Но как осуществлялся товарообмен, ведь это тысячи километров расстояния, а ни о каких торговых путях, связывавших два этих региона, нам ничего не известно…

SL708635
– Какие еще загадки таят в себе сибирские древности?

– Их масса.

Так, мы находим черепа, датируемые еще бронзовым веком, со следами трепанации.

И что самое поразительное: как показывают исследование, человек после проведения этой операции жил долгое время. Как древние целители с их примитивными орудиями умудрялись проводить медицинские операции столь высокого уровня – вопрос, на который мы пока не находим ответа.

Вообще, до эпохи раннего железного века жители лесостепей Западной Сибири были не менее высокоразвиты и цивилизованны, чем их «ровесники» в Европе.

[кнопки для репоста]


Tags: Интересно, История, СО РАН
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments